Недавно в одной из публикаций мы затронули тему банкротства «Рыбного двора». После этого директор разорившегося предприятия Станислав Хитров предложил обсудить тему более детально. И мы встретились с ним рядом с недостроенным рыбным заводом.

Вот эту аллею из сосен мы посадили, – рассказывает директор, с которым мы идём по грунтовой дороге, проложенной к корпусам предприятия, которые сейчас находятся под арестом, как залоговое имущество.

В последний раз директор побывал здесь дней за десять до нашего визита:

Отсюда вывозили 68 тонн рыбы, которую сгноили. Срок хранения замороженной океанической рыбы – четыре месяца, частика – шесть. А она здесь пролежала два года. Пропали и консервы на 14 миллионов рублей.

В 1999 году Хитров и часть коллектива рыбзавода на Большой Санкт-Петербургской перебрались на территорию молокозавода, где был отремонтирован и сертифицирован под производство пищевой продукции старый корпус. И уже через несколько месяцев выпустили первую партию консервов. А с 2001 по 2013 год «Рыбный двор» работал с прибылью.

Хитров говорит, что планы по переезду с проспекта Корсунова никак не связаны с жалобами некоторых новгородцев на запах:

Конечно, это не место для такого предприятия. Но проблема была в том, что я на тех площадях мог выполнить только 55% от всех возможных заказов. И я поехал знакомиться с рыбными заводами: в Германии, в Польше, всю Прибалтику объехал. Проект в итоге нам сделали самостоятельный, но у датчан мы заимствовали воздушную подушку под холодильным цехом, чтобы не делать обогрев полов.

В 2012 году проект проходил согласования, а на строительство искали кредиты. В 2013 году строительство началось на площадке за бывшим керамзитным заводом на 10-м километре Псковского шоссе. И сразу начались протесты в СМИ дачников, недовольных соседством с будущим предприятием. Попробуйте в Новгородской области что-нибудь построить без протестов. Впрочем, ничего серьёзного из этого не вышло. Площадка возле карьеров предназначалась под промышленное производство.

У нас был вариант строительства на Сырковском шоссе, – говорит Хитров. – Но за подключение к электроэнергии в городе пришлось бы платить двадцать один миллион. Здесь – четыре с лишним миллиона. Электричество и газ протянули с трассы. Вода тоже подведена, техническая и питьевая. На старом «Рыбном дворе» нам приходилось покупать питьевую воду для охлаждения автоклав, а потом платить за её отведение.

В 2014 году был введён холодильник, в который стали завозить продукцию для «Рыбного двора». Строительство полностью планировали завершить в последнем квартале 2015 года. Предполагалось, что завод сможет выпускать в месяц 8 миллионов банок консервов, 9 тонн вяленой, копчёной рыбы и полуфабрикатов, 9 тонн филе, свыше 11 тонн товарной рыбы. В цехе шоковой заморозки, который был введён в строй, можно было также замораживать ягоды, грибы, кур. Проект завода предусматривал переработку отходов рыбного производства. В карьерах планировали разводить раков. Для доращивания рыбы (осетров) в закрытом цикле должны были использовать тёплую воду, отведённую с предприятия. Были построена котельная, помещение для ночёвки рабочих. Предполагалось, что трудиться будут около 300 человек – коллектив старого «Рыбного двора» и новые работники, нанятые в Новгородском и других ближайших районах. Однако в жизнь все эти планы не воплотились.

Строительство не закончили ни в 2015 году, ни до сих пор. Директор «Рыбного двора» говорит, что одной из главных проблем стал процент по банковскому кредиту. Банк согласился кредитовать будущее предприятие только под 21,5%. Правда, как говорит Хитров, была предварительная договорённость, что ставку снизят, когда снизится ставка рефинансирования. Она снизилась, но проценты по кредиту меньше не стали. А команда в банке, с которой была такая договорённость, сменилась.

С началом строительства нового завода для «Рыбного двора» стала расти плата за аренду помещений на территории молочного завода, при том, что его руководитель являлся одним из акционеров рыбного предприятия.

За два с половиной года аренда выросла с 50 тысяч до 1 миллиона 190 тысяч рублей в месяц, – рассказывает Хитров.

Он обращался по этому вопросу к бывшему губернатору. Тот ответил, что арендодателя можно понять: кто захочет потерять дойную корову.

Дальнейшее понятно – неплатежи нарастали как снежный ком.

В 2015 году пришлось заключить дополнительное соглашение, по которому плата за пар и воду зачислялась в счёт аренды. А вот долги за них всё время росли и порой приводили к отключениям за неуплату. 17 августа 2017 года из-за неуплаты «Рыбный двор» отключили от энергоносителей и завод прекратил работу. Окончательно прекратилось финансирование строительства завода на 10-м километре, которое на этом и остановилось.

13 ноября 2017 года на имущество предприятия был наложен арест. 19 декабря предприятие признано банкротом и в отношении него введено конкурсное производство. Сейчас долги предприятия составляют 191 миллион рублей.

Как мы уже писали, недавно конкурсный управляющий обратился в арбитраж с заявлением о взыскании части этой суммы с директора молочного завода и с самого Хитрова. Поскольку считает, что руководство «Рыбного двора» не предприняло всё необходимое, чтобы избежать заключения нового арендного договора: не собиралось по этому вопросу собрание акционеров, не было попыток оспорить размеры платы в суде. Сейчас в арбитраже рассматривается иск конкурсного управляющего, который добивается признания дополнительного соглашения 2014 года незаконным. Руководство молочного завода официально заявило нам, что к банкротству «Рыбного двора» оно никакого отношения не имеет.

Но кто бы ни был виноват в банкротстве «Рыбного двора» – гораздо интереснее судьба недостроенного завода в Панковке. Тем более, что его директор считает: для ввода в эксплуатацию не хватило нескольких месяцев:

За двадцать дней здание цеха обшивается сэндвич-панелями и можно стелить полы и устанавливать оборудование. Очистные остаётся только установить на анкерные болты в ямах. Четыре месяца – и я его запущу. А потом можно получить разрешение на выпуск экспериментальной продукции и за три месяца согласовать всё остальное.

Директор, по его словам, предлагал «Россельхозбанку» передать завод в пользование новому юридическому лицу с расчётом, что за три с половиной года завод рассчитается с долгами. Однако ответа не получил. Бывший губернатор Сергей Митин, который сейчас работает первым заместителем председателя комитета СФ по сельскому хозяйству, пытается как-то помочь. Очень заинтересован в работе завода и глава Новгородского района Олег Шахов – для района это налоги и рабочие места. Однако далеко не факт, что эти надежды сбудутся. Кстати, не исключено, что при распродаже имущества банкрота, его могут распродать по частям. Отдельно будут продавать имущество, которое не является залоговым: «Вот, коптильные печи из Германии, только за растаможку которых платили два миллиона, котлы». Что-то вообще может пойти в металлолом.

И не будет в Новгородском районе ни запаха рыбного завода, ни налогов, ни рабочих мест.

P.S. По нашей информации, к судьбе недостроенного предприятия проявил интерес губернатор Андрей Никитин. И уже на днях может состояться встреча, посвящённая этой проблеме.

Фото: Людмила Лиукконен